• Facebook
  • VKontakte
  • LiveJournal
  • Журнал в социальных сетях:
  • Официальный сайт журнала
logo-rjps-v1-3

Философские науки – 9/2013


  ПАНОРАМА МИРОВОЙ ФИЛОСОФСКОЙ МЫСЛИ
  Из истории отечественной философии  
К 200-летию со дня рождения Т.Н. Грановского
Т.Н. ГРАНОВСКИЙ О НАУЧНЫХ ОСНОВАНИЯХ СОЕДИНЕНИЯ ФИЛОСОФИИ С ИСТОРИЧЕСКИМ ЗНАНИЕМ
И.Н. СИЗЕМСКАЯ

 

Аннотация
В статье рассматривается понимание Грановским роли философии в развитии исторического знания на его пути к всеобщей истории как науке об общих основаниях всемирного исторического процесса, и в этой связи ‒ интерпретация им задач и проблематики философии истории. Отдельное внимание уделяется идее Грановского об «истории как органической жизни» и роли переходных эпох в ее развитии.

Ключевые слова: историческое знание, философия, всеобщая история, Абсолют, исторический закон, природные условия, прогресс, субъект истории, переходные формы, естественно-исторические методы истории.

Summary
The article deals with Granovsky’s understanding of the role of philosophy in the development of historical knowledge into the universal history, which is the science of the general foundations of world historical process. Thereupon the author examines Granovsky’s interpretation of the objectives and problems of philosophy of history. Special attention is paid to Granovsky’s idea about the «history as organic life» and the role of transitional periods in its development.

Keywords: historical knowledge, philosophy, world history, the Absolute, historic law, natural conditions, progress, subject of history, transitional forms, natural and historical methods of history.


Сиземская И.Н. Т.Н. Грановский о научных основаниях соединения философии с историческим знанием // Философские науки. 2013. № 9. С. 67 – 78.

Sizemskaya I.N. T.N. Granovsky on the Scientific Foundations for Combination of Philosophy with Historical Knowledge // Russian Journal of Philosophical Sciences. 2013. № 9. P. 67 – 78.

 

 

Тимофей Николаевич Грановский – знаковая фигура для своего времени. Его интерес к проблеме связи философии и исторического знания был продиктован его научной деятельностью в качестве историка-медиевиста, но в понимании значимости философии для исторических исследований он стоял на позициях профессионального философа. Будучи в высшей степени образованным человеком, получившим прекрасное образование, в том числе в европейских научных центрах и ориентированный в своем творчестве на образцы философско-исторической европейской мысли, он оставался оригинальным, самостоятельным мыслителем. Сила воздействия усвоенных им идей выражалась в том, что они побуждали к собственным изысканиям, преломлялись через потребности жизни страны и российского интеллектуального сообщества. Философские искания Грановского, его просветительская деятельность и, прежде всего, работа в качестве профессора Императорского Московского Университета, приучали образованных людей того времени задумываться над историей и судьбой своей страны, заставляли почувствовать невозможность жить в том «растерянном умственном и нравственном положении» (Анненков), в котором они пребывали. В общественном сознании формировалось ощущение причастности к духовному и цивилизационному развитию всего человечества, на базе которого получило развитие позитивное национальное самосознание, та национальная идентичность, основанием которой является осознание своей принадлежности не только к особой культуре, но одновременно и к культуре всего человечества. Поколения следующих десятилетий продолжили исследования в заявленном Грановским векторе осмысления историософской проблематики, обогатив отечественное интеллектуальное наследие идеями, заставившими говорить о русской философии как о соразмерной европейской. Все это, как справедливо заметил Н.И. Кареев, дает «ему право на то, чтобы поминать его имя не в одни знаменательные годовщины»1.


Т.Н. Грановский о Всеобщей истории: идея «органической жизни»

Грановский первым в исторической науке вводит четкое разграничение понятий всемирной истории и всеобщей истории. В отличие от всемирной, всеобщая история, которую интересуют события в их связи между собой, есть история развития человечества по пути к совершенствованию и своим предметом имеет то общее, существенное в истории отдельных народов, что позволяет представить историю как всемирно-историческое целое. Такое представление может сформироваться, был уверен Грановский, лишь при условии связи исторического знания с философией, ибо только обращение к философии гарантирует успех необходимого восхождения «от отдельных явлений к общему, неизменному», без которого история рассыпается на события и факты, никак не связанные между собой. Поиски всеобщего – это поиски закономерностей, объединяющих историческое движение отдельных народов в живое единство и прокладывающих путь к объяснению диалектики общечеловеческого и национального во всемирном историческом процессе. Философия позволяет соединить в одно целое истории отдельных народов и выявить тот закон, которому подчиняются их судьбы и судьба всего человечества. В этом смысле философия является «необходимым пособием для истории», дающим ей необходимое направление к всеобщему. Философия усиливает историю средствами и обогащает идеями, которые из самого исторического знания не могут развиться2. Более того, именно из философии историк заимствует «свою точку зрения и мерило, прилагаемое им к описываемым событиям и делам»3. Она вооружает историка мировоззренческими принципами, позволяющими понять интерпретируемые им события в их взаимосвязи и подчинении некоторым общим законам, увидеть через эту методологическую призму всеобщий вектор исторического движения человечества. Именно поэтому, был уверен Грановский, «ни одна наука не подвергается в такой степени влиянию господствующих философских систем, как история. Влияние это обнаруживается частью против воли самих историков, упорно отстаивающих мнимую самостоятельность своей науки»4. Обосновывая необходимость связи всеобщей истории и философии, Грановский проводил четкую разграничительную линию между ними, подчеркивая, что философия не может претендовать на то, чтобы диктовать законы в сфере истории, у которой, как и у философии, есть своя, определенная ее собственным понятием, граница. «Ее содержание составляют факты, данные опытом, определенные обстоятельствами. Ее форма не есть чистая отвлеченная мысль, а живое созерцание»5. Восходя от отдельных событий к общему, выявляя взаимосвязь исторических событий, всеобщая история «идет своим путем»: подобно естественным наукам, из наблюдения повторяющихся фактов она выводит общие законы.

Итак, главная идея всеобщей истории как знания, позволяющего понять исторический процесс во взаимосвязи всех охватываемых им конкретных историй отдельных народов, – это идея развития. Рассматривая историю как процесс, подчиняющийся общим законам, Грановский делает принцип развития главным объяснительным конструктом своих логических построений. Усиливая его теоретическую значимость, он увязывает его с идеей «органической жизни», которую позиционирует как одну из самых плодотворных идей всеобщей истории6. Последняя, согласно его интерпретации, позволяет соотнести исторический процесс с теми же законами, каким подчинена жизнь всей природы с той лишь разницей, «что в природе этот процесс совершается как однообразное круговращение, в истории он совершается над вечно новыми предметами. Вечно новые противоположности, и никогда не возвращаются они к прежним пунктам, из борьбы их исходят вечно новые результаты»7. Введя применительно к истории понятие органической жизни, Грановский тем самым определил границы гегелевского рационализма, связав перспективы исторического знания с выходом на пространство других, в том числе естественных, наук. Идея органической жизни очевидно заимствована им из естествознания, свидетельствуя о влиянии позитивизма, к этому времени уже получившего признание в научном европейском сообществе. Влияние естественных наук он видел в понимании важности культурно-исторических, географических, политико-экономических факторов в жизни народов. Иными словами, «история, принятая как развитие органической жизни, получает единство и средоточие, из которого исходят и к которому сходятся все отдельные явления и силы»8.