• Facebook
  • VKontakte
  • LiveJournal
  • Журнал в социальных сетях:
  • Официальный сайт журнала
logo-rjps-v1-3

Философские науки – 8/2015


  ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА.
ФИЛОСОФСКАЯ РЕФЛЕКСИЯ
  Философская мысль:
рецепция и интерпретация
 
ГРИГОРИЙ АДОЛЬФОВИЧ ЛАНДАУ
КАК КРИТИК ЕВРАЗИЙСТВА
(Об одной дискуссии в эмигрантской газете)
Д.В. ГУРИН

 

Аннотация
В статье проводится мысль о том, что для современных ученых-гуманитариев, исследующих концепции евразийцев, особый интерес представляет исторический опыт обсуждения их основных идей в эмигрантской периодике. Обозначены наиболее актуальные темы евразийства в контексте современных философских дискуссий, с одной стороны, и на примере их газетной полемики с философом-публицистом Г.А. Ландау, с другой.

Ключевые слова: евразийство, Г.А. Ландау, русское зарубежье, философия культуры, историософия, история.

Summary
The article holds the idea that the historical experience of the discussion of the main ideas of the concept of Eurasianism and its representatives is of particular interest to modern scholars in the humanities. The most relevant topics of Eurasianism, on the one hand, are defined in context of modern philosophical discussions, and, on the other hand, this topics are represented as exemplified by a newspaper dispute between representatives of the Eurasianism and the philosopher and writer G.A. Landau.

Keywords: eurasianism, G.A. Landau, Russian abroad, the philosophy of culture, historical philosophy, history.


Гурин Д.В. Григорий Адольфович Ландау как критик евразийства (об одной дискуссии в эмигрантской газете) // Философские науки. 2015. № 8. С. 146 – 154.

Gurin D.V. D. Gregoriy Adol’fovich Landau as a critic of Eurasianism (about a debate in an emigre newspaper) // Russian Journal of Philosophical Sciences. 2015. № 8. P. 146 – 154.

Полный текст

 

 

В 1922 г. на страницах известной кадетской газеты «Руль» (Берлин) состоялась дискуссия между Г.А. Ландау и евразийцами П.Н. Савицким и Г.В. Флоровским. Эта полемика может рассматриваться и как политическая, и как философская, и даже как религиозная. В ней выражается дух того времени, эпоха революции и масштабные перемены в России. Но сначала несколько слов об участниках спора.

С одной стороны – Григорий Адольфович Ландау (1877 – 1941) – один из представителей Русского зарубежья, чье философское наследие только начинает нам приоткрываться. Г.А. Ландау и при жизни был известен больше как публицист, чем как философ, хотя часть его современников не упускала из виду и эту сферу его творчества. В заметке по случаю 60-летия Г.А. Ландау он назван «талантливым журналистом», «большим мыслителем» и «русским философом-социологом», малоизвестным российскому обществу. «Его философско-социологические работы, исключительно ценные по духовной личности мыслителя – “Критика достоверности”, “Систематическая философология”, “Теория ценностей”, “Теория общества и права” – по тяжким обстоятельствам времен революции остались незаконченными». Действительно, жизнь и творчество этого мыслителя во многом стали отражением событий, происходивших в жизни России и Европы.

Одним из самых запоминающихся творений Г.А. Ландау можно назвать сборник афоризмов «Эпиграфы». Выход в свет этой работы был отмечен в журнале «Возрождение», где И.С. Лукаш опубликовал свою заметку. В ней он отмечает, что «имя Г.А. Ландау, если не всегда доходит до “широкой публики”, то всегда находится в фокусе русской мысли за рубежом. Г.А. Ландау – как бы одна из “неприметных” и вместе с тем ценнейших фигур зарубежной элиты». Наиболее основательно исследована его философская концепция развития культуры.

С другой стороны – «евразийцы» Петр Николаевич Савицкий (1895 – 1968) и Георгий Васильевич Флоровский (1893 – 1979). Феномен евразийства стал «олицетворением поколения, сформированного Первой мировой войной, революционными событиями 1917 г. и гражданской войной» и отразился в творчестве основных его представителей. Зарождение этого течения связывают с выходом в свет «Исхода к Востоку» – сборника статей П.Н. Савицкого, П.П. Сувчинского, Н.С. Трубецкого и Г.В. Флоровского. «И вот четверо молодых изгнанников в глухом уголке Европы решительно посягают на эту монополию (большевиков. – Д. Г.), развертывая новую перспективу, которая ничуть не является возвратом к прошлому, но в то же время хранит в ряду высших ценностей Православие и Россию, утверждает за ними жизнь и будущее». В дальнейшем каждый из них станет видным представителем в науке, но запомнятся все они главным образом как основатели оригинального течения русской эмиграции.

При этом важно, что для современных гуманитариев особую актуальность приобретает политическая концепция евразийства, особенно в контексте современных глобальных геополитических процессов. Между тем в самой своей основе евразийство как способ осмысления русскими эмигрантами своей исторической судьбы – феномен интеллектуальный и философский. Это убедительно показывают исследования, анализирующие его исторические и философские основания, идеи его главных представителей, их влияние на современников.

Одним из важнейших для исследователей евразийства является вопрос о его связи со славянофилами. С.С. Хоружий называет тесную связь этих течений «самоочевидной», поскольку «славянофильская тема о самобытных основах российской истории и культуры, по сути, центральная тема евразийства». При этом он отмечает и существенные отличия, в первую очередь отбрасывание евразийцами идеи славянского братства и ориентирование культуры на Азию. К этой же теме обращается Л.Е. Шапошников, показывая, что «уже в славянофильстве в самом общем плане содержится идея о России как особой цивилизации, которая получила развитие и обоснование в творчестве евразийцев». Свои рассуждения автор строит на сопоставлении идей А.С. Хомякова и евразийцев.

Не меньший интерес сегодня вызывают евразийские концепции историософии и философия культуры. «Евразийство, – как замечает Ю.Б. Мелих, – не лишено гипотетичности и изобретательности в создании своего учения на основе культурологии, что, с одной стороны, продлевает ему жизнь как гипотезе и мифу, а с другой – уводит от реальности». При этом взгляды евразийцев на историю весьма сильно различались (на это обращает внимание С.С. Хоружий). Для Карсавина в основании истории «находится социально-психическое бытие, т.е. его самосознание, а потому и история – это развитие социальных групп-личностей». П.Н. Савицкий же полагал, что мир – это организованная система, сплачивающим элементом которой является «идея», «идея-правительница». Целью, в данном случае, была попытка «преподнести обществу такую историческую идею, которая в “размахе и упоре” превзошла бы коммунистическую идею “диктатуры пролетариата” и соответственно заменила бы ее». История для евразийцев была процессом смены таких организационных идей и должна была прийти к организационной идеи евразийства.